Главные скандалы финансового рынка

Лучшие брокеры бинарных опционов за 2020 год:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место! Самый прибыльный брокер бинарных опционов за 2020 год!
    Идеально подходит для новичков — предоставляется бесплатное обучение и демо-счет (в любой валюте).
    Зарегистрируйтесь по этой ссылке и получите бонус на счет:

Великие финансовые скандалы

Главная — Статьи — Великие финансовые скандалы

Дело Бернарда Мэдоффа стало настоящей бомбой для СМИ. Крупнейший финансовый скандал за последние годы. Человек, которому всецело доверяли, на самом деле оказался обычным мошенником. Правда, слово «обычный» здесь не совсем верно. Все-таки, мошенничества Мэдоффа исчисляются суммой примерно в 65 миллиардов долларов.

Впрочем, Мэдофф не один такой. В истории есть множество примеров финансового мошенничества. Как крупных, о которых говорили во всем мире, так и совсем маленьких, которые не переросли даже локальный уровень. Мы сегодня поговорим про самые крупные в истории финансовые махинации.

Чарльз Понци

Год, когда стал известен общественности: примерно 1920

Примерные потери: 20 миллионов долларов (делайте поправку на время, тогда это было очень много)

Чарльз Понци является автором знаменитой «схемы Понци» и, можно сказать, родоначальником финансовых пирамид. Он всю свою жизнь был финансовым мошенником. А после смерти его капитали составил всего лишь 45 долларов, которых хватило только на похороны. Для своей аферы Понци учредил компанию Securities and Exchange Company. Суть махинации была достаточно простой. Понци воспользовался неосведомленностью общества. По сути, вся информация о том, как он собирался зарабатывать, была в открытом доступе, и если бы хоть кто-то захотел ее проверить, то Чарльзу не поздоровилось бы. Но люди доверчивы – и никто не стал проверять эту информацию с самого начала (опомнились все потом).

Началось все с того, что Понци заметил разницу между соотношением послевоенных обменных курсов валют в разных странах Европы. Он понял, что большую часть международных ответных купонов, купленных в Европе можно продавать в США. Компания Чарльза была учреждена с целью получения инвестиций от простых людей, которые получали за это вексель, обещающий принести им 50%-ую прибыль за 45 дней. Правда, общественность не знала того факта, что международные купоны можно обменять только на почтовые марки, а не на реальную наличность. А Понци знал, и никуда инвестировать полученные деньги не собирался.

Рейтинг лучших платформ для торговли бинарными опционами:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место! Самый прибыльный брокер бинарных опционов за 2020 год!
    Идеально подходит для новичков — предоставляется бесплатное обучение и демо-счет (в любой валюте).
    Зарегистрируйтесь по этой ссылке и получите бонус на счет:

Пирамида первое время приносила очень хорошие деньги. Понци скупил несколько платных статей в популярных изданиях, которые только подогревали интерес к его мероприятию. А потом появилась неожиданная публикация в журнале «Post Magazine», в которой разъяснялось, что покрыть вложенные деньги просто невозможно физически. Понци был арестован за мошенничество. Это краткий и не очень удачный пересказ всей аферы. В ближайшее время мы представим отдельную подробную статью по этой теме. А пока лишь стоит знать, что Понци является самым крупным аферистом в истории (из тех, что известны).

Бернард Мэдофф

Год, когда стал известен общественности: 2008

Примерные потери: 65 миллиардов долларов

Мэдофф, который уже признал себя виновным, заманил в свои сети огромное количество инвесторов и уже не один десяток лет занимался махинациями. И никто не подозревал, что этот человек может быть не чист на руку. Бернард Мэдофф обещал превзойти рынок через стабильный и медленный рост. Но с наступлением финансового кризиса многие инвесторы захотели вывести свои средства. И тут-то и оказалось, что учреждение Мэдоффа представляет собой обычную финансовую пирамиду.

Аллен Стэнфорд

Год, когда стал известен общественности: 2009

Примерные потери: 8 миллиардов долларов

Стэнфорд является основателем Stanford Financial Group и находящегося в Антигуа Stanford International Bank. Обоим учреждениям практически безгранично доверяли инвесторы. Но уже многие годы данная компания стала серьезно интересовать SEC, ФБР и IRS. В частности, было интересно, почему Стэнфорд обещает инвесторам столь высокий возврат на вложенный капитал. С недавних пор появились сообщения, что Комиссия по ценным бумагам и биржам США обвиняет основателя компании и еще нескольких ее членов в проведении мошеннических операций. Делом сейчас занимается ФБР. Кто еще всплывет во время текущего кризиса?

Жером Кервьель

Примерные потери: 8 миллиардов долларов

Трейдер банка Société Générale стал торговать без ведомства своего начальства еще с 2005 года. За это время по сообщениям банка он нанес ему ущерб в размере примерно 8 миллиардов долларов. Сам Кервьель утверждал, что начал незаконную торговлю с тем, чтобы добиться хороших результатов, представить их начальству и получить бонусы. По версии банка этот гражданин просто хотел присвоить деньги себе. Всего трейдеру было предъявлено обвинение по четырем статьям, среди которых было злоупотребление доверием и мошенничество. Жерар Кервьель управлял суммой в 50 миллиардов евро. Естественно, все это было незаконно.

Ральф Циоффи и Мэтью Таннин

Примерные потери: 1,6 миллиарда долларов

Управляющие хедж-фондом Bear Stearns Циоффи и Таннин лгали инвесторам по поводу текущего состояния фонда, который в значительной степени ориентировался на ипотечные ценные бумаги (мягко говоря, не самые надежные на тот момент). При этом люди продолжали инвестировать в фонд, доверяя сведениям, которые доносили до аудитории управляющие Bear Stearns. На данный момент оба менеджеры обвиняются в сговоре и мошенничестве. Урон от их действий оценивается в 1,6 миллиарда долларов. И опять это мошенничеством имело место быть разоблаченным во время текущего кризиса.

Как зарубежные СМИ отреагировали на падение мировых рынков из-за коронавируса

Распространение коронавируса оказывает влияние, в том числе, и на финансовые рынки. Как уже сообщал ‘’Ъ’’, жесткая реакция властей различных стран по ограничению влияния коронавируса на экономику заставляют инвесторов избавляться от рисковых активов. Что пишут зарубежные СМИ о падение мировых рынков в связи с эпидемией — в подборке ‘’Ъ’’.

Несколько дней назад акционеры радовались все новым рекордам, вызванным, прежде всего, длительными низкими процентными ставками. Но из-за коронавируса на биржах внезапно снова действуют старые законы. Долгое время казалось, что у мировых финансовых рынков иммунитет к новому коронавирусу.

Но в начале этой недели специалисты по инвестиционной стратегии осознали, что вирус заметно ударит по мировой экономике. Котировки падают. И в таком темпе, от которого может закружиться голова. Исключений нет. Потому что стремительное биржевое ралли, которое по большей части было вызвано (вливаниями.— “Ъ”) ликвидности, уже давно стоит на хрупком фундаменте. Акции становились все дороже, так как котировки продолжали расти, однако одновременно с этим прибыль компаний снижалась, с чем инвесторы примирились из-за крайне расслабленной кредитно-денежной политики.

И если она отсутствуют или снижается, котировки падают. Даже длительные низкие процентные ставки не могут изменить этого. На самом деле прибыль компаний падает уже давно.

Алчность последних лет грозит вызвать на бирже связанную с коронавирусом панику. Эта неделя была худшими семью днями для фондовых бирж с финансового кризиса 2008 года. Инвесторы находятся в смятении и обращаются к надежным государственным облигациям, а вплоть до пятницы — еще и к золоту.

Что же будет дальше? Это V-образное движение, как пишут управляющие активами своим клиентам, чтобы приободрить их? В этом случае за отвесным спадом последует такое же восстановление. Такие движения стали правилом из-за масштабных вливаний ликвидности центральными банками во время долгого биржевого бума с 2009 года. Нельзя ли этот проверенный способ и сравнения с эпидемией SARS в 2002 перенести на нынешнюю ситуацию?

Коронавирус подмял под себя рынки

На данный момент невозможно делать серьезные прогнозы о развитии рынка. Слишком много открытых вопросов в отношении распространения коронавируса, длительности эпидемии и ее влияния на экономику и финансовые рынки. Вся эта неопределенность — настоящий яд для финансовых рынков: биржи ненавидят неопределенность больше, чем плохие новости. Финансовые рынки стоят на грани паники, объективность ушла и, за редкими исключениями, «наказаны» все акции — вне зависимости от качества.

Измученные трейдеры описывают минувшую неделю как одно из самых серьезных испытаний на Уолл-стрит за последнее время. Инвесторы и аналитики сосредоточенно изучают последние известия о коронавирусе, количестве заболевших и умерших — только для того, чтобы эти цифры быстро оказались в тени новых событий и сообщений, которые часто не находят подтверждений. Портфельные менеджеры утопают в звонках клиентов, задающих вопросы, на которые ни у кого нет ответа.

Финансовые рынки открыли для себя новую территорию. Десятки лет обсуждения на рынках часто касались того, являются ли какие-то акции пузырем или нет. Другими словами, обоснован ли рост их стоимости рыночными реалиями. Таким был высокотехнологичный пузырь. Таким был ипотечный пузырь. А совсем недавно — споры о том, говорит ли длительный рост рынка о том, что он созрел для падения.

Умнейшие люди на Уолл-стрит и за ее пределами с трудом пытаются понять, приведет ли эпидемия к потрясениям в краткосрочном периоде, либо это более продолжительная угроза, которая радикально изменит жизнь миллионов человек по всему миру.

Чиновники из ФРС и их коллеги в других странах мира чрезвычайно смущены ранее невиданной угрозой экономике. В это время рынки смотрят на них в надежде, что они смогут сдержать падение, которое происходит на фоне быстро распространяющегося вируса и с учетом все еще небогатого арсенала для борьбы с ним, нарушенных логистических цепочек и находящихся в карантине потребителей.

Пока еще не существует никаких учебников о том, как иметь дело с угрозой для экономики, которую представляет собой коронавирус, что уже приостановил работу многих заводов и негативно отразился на работе многих компаний по всему миру…

Экономисты считают, что лучшее, что могут сделать сейчас регуляторы и политики, это сдержать распространение инфекции при помощи эффективных мер медицинского характера. Но если это не получится, необходимо сосредоточиться на адресной помощи наиболее нуждающимся секторам экономики, помогая пострадавшему бизнесу дешевыми кредитами или другими видами финансирования, либо направляя средства тем группам населения или в те регионы, которые больше всего страдают от вируса.

Массовый сброс акций, сравнимый разве что с обвалом финансового рынка в 2008 году, спровоцировал лихорадочную гонку за теми активами, которые во времена кризисов считаются надежными, включая государственные облигации и золото. Доходность американских казначейских облигаций, которые считаются самыми надежными из надежных, упала до рекордно низкого уровня. Масштабы паники и потенциально обширный глобальный экономический ущерб вызвали реакцию глав центробанков, начиная с главы Банка Англии Марка Карни и председателя Федеральной резервной системы США Джерома Пауэлла, который предпринял необычный шаг, опубликовав заявление, призванное успокоить американцев. Аналитики, пытаясь оценить в своих экономических прогнозах последствия происходящего, не могут разъяснить, как все это затронет отдельные экономики или где рынки могут успокоиться.

Их мнения расходятся по нескольким направлениям. Что будет, если Китай и Япония вынуждены будут закрыть заводы (в случае с Китаем — уже второй раз), что приведет к дефициту для остального мира важнейших промышленных комплектующих и оборудования? В Японии уже закрыты школы и, возможно, придется закрыть бизнес-парки и заводы для предотвращения распространения вируса.

Курс доллара. Прогноз на 2—6 марта

Без комплектующих, которые Япония и Китай производят крупными партиями, на мели останутся германские заводы, да и заводы других европейских стран, которые и так уже едва перебиваются на фоне 18 месяцев торговой войны между США и Китаем. Аналитики обеспокоены тем, что нарушение поставок очень серьезно ударит по производству. Но еще хуже может быть сфере обслуживания, если выявленные в США и в Европе новые случаи заболевания с неизвестным источником заражения напугают потребителей. Ведь если потребители, опасаясь подхватить вирус, перестанут ходить в крупные торговые центры, экономика может впасть в рецессию.

Большая четверка: финансовый скандал, о котором все молчат

Бухучет всегда считался скучной и безопасной работой. Но сегодня это не так. Компании «большой четверки» создали для себя слишком комфортные и непрозрачные условия в системе, которую они должны держать под контролем.

Летом 2020 года, спустя семь лет после финансового кризиса, который для миллионов граждан закончился непрекращающимся экономическим застоем, я посетил новый клуб Number Twenty (Номер Двадцать), открытый бухгалтерской компанией KPMG, в историческом здании на Гросвенор-стрит в Мейфэре. Выражаясь словами старшего партнера и британского председателя KPMG, Саймона Коллинза, это — «местечко в Вест-Энде» для клиентов, чтобы «встретиться, пообщаться и поближе познакомиться». Стоимость 15-летней аренды пятиэтажного здания неизвестна, но они примерно составляет несколько десятков миллионов фунтов. Очевидно, что эти деньги стоило заплатить, чтобы позаботиться о нужных людях.

Внутри здания обитает небольшая армия привлекательных, строго одетых служащих. На первом этаже находятся обеденные залы со шкафами, заполненными изысканными винами. На другом этаже находится коктейль-бар с выходом на террасу на крыше. На стенах можно увидеть нео-поп-арт-портреты людей, стоявших у истоков компании, чьи инициалы образовали аббривеатуру KPMG: Piet Klynveld (компания начала 20-го века, базировавшаяся в Амстердаме), William Barclay Peat и James Marwick (Викторианские шотландские бухгалтеры) и Reinhard Goerdeler (который пережил немецкий концентрационный лагерь, и основал ведущую бухгалтерскую фирму в своей стране).

Учредители KPMG сделали себе имя, создавая международную профессию, которой было поручено вести бухгалтерский учет бизнеса. Они были первыми аудиторами капитализма, которые разоблачали его недостатки и излишества, и чье появление все приветствовали. Их преемники 21-го века, напротив, считаются сейчас крайне нежелательными. Они позволили ряду американских субстандартных ипотечных компаний стимулировать финансовый кризис, от последствий которого мир не оправился до сих пор.

«Задумываются ли они о собственном высокомерии и расплате за него?» — задавался вопросом один их членов клуба, который привел меня туда. В Номере Двадцать, конечно, присутствовало высокомерие. Формируя мир, в котором они работают, бухгалтеры позаботились о том, чтобы не стать свидетелями собственного падения.

Неудобные вопросы.

По мере того, как мир движется от одного кризиса к другому, его экономика становится более нестабильной и ее основные финансовые рынки неадекватно реформируются. Но за неспособность бухгалтерских компаний удерживать капитализм в рамках платят не бухгалтеры, а миллионы людей, которые теряют работу и средства к существованию. Таков триумф современных бухгалтерских компаний.

Отсутствие здорового добросовестного учета стало критической причиной финансового кризиса в начале XXI века. Аудит компаний с ограниченной ответственностью стал обязательным в Великобритании около ста лет назад. Его предназначением была проверка на так называемую «проблему принципала / агента», присущую корпоративной форме бизнеса. Как однажды заметил Адам Смит, «управляющим чужими деньгами» нельзя верить в том, что они будут управлять чужими деньгами также осмотрительно, как своими собственными.

Когда банкиры конца 20-го века начали играть в азартные игры с огромными денежными накоплениями других людей, хороший бухгалтерский учет стал более важным, чем когда-либо. Но у бухгалтеров теперь появились серьезные коммерческие приоритеты и ограниченная ответственность, которая позволяла меньше бояться последствий финансовых скандалов. Наступил период «небрежности и изобилия», как и предсказывал Адам Смит.

После краха Lehman Brothers в 2008 году, экономика оказалась на коленях. Всем стало очевидно, что аудит Ernst & Young в этом банке был почти бесполезным. Подобные крупные банкротства на другой стороне Атлантики доказали, что финансовый сектор наполнен большим числом мусорных бухгалтерских балансов, которые аудиторы и бухгалтеры представляют инвесторам как золотое дно.

Председатель банка HBOS, возможно, самого сомнительного кредитора Великобритании в тот период, заявил в ответ на последовавшее парламентское расследование:

«Я встречался наедине с двумя основными партнерами-аудиторами — не реже одного раза в год, и во время наших встреч они могли озвучить любые проблемы и неудобные вопросы. Хотя мы вели интересные дискуссии, которые были очень полезны для бизнеса, они никогда не поднимали неудобные вопросы и проблемы».

Эта неспособность обсуждать неудобные вопросы стала индикатором состояния, в которого достигла отрасль аудита. Последующие расследования показали, что рядовые аудиторы в KPMG действительно сомневались в том, делает ли банк достаточные резервы под возможные убытки.

Но старших партнеров KPMG не беспокоили такие бесполезные вопросы. Компания получала впечатляющий доход от консалтинговых услуг в 45 млн. фунтов, не считая своих комиссионных сборов в размере 56 млн. фунтов в течение примерно семи лет, поэтому проблемы, которые вызывали беспокойство у рядовых консультантов и бухгалтеров, не сильно трогали их начальство.

Полвека назад экономист Дж. К. Гэлбрейт закончил свой исторический труд о Великой депрессии 1929 года, сделав в нем вывод о том, что «бизнесмены» не желают обсуждать то, что «может привести к нарушению упорядоченного ведения бизнеса». (В этом, по его мнению, «заключается угроза для капитализма равнозначная по силе коммунизму».) Гэлбрейт почти предсказал, что произойдет с бухгалтерским учетом несколько десятилетий спустя, если он будет контролироваться бизнесменами, а не надзорными органами.

Другой американский писатель того же периода еще более резко выразил вероятную причину того, что бухгалтера игнорируют надвигающуюся опасность. Аптон Синклер писал:

«Трудно заставить человека что-либо замечать и понимать, когда его зарплата зависит от того, что он что-то не замечает и не понимает».

Бухгалтерский картель.

На протяжении веков бухгалтерский учет сам по себе был довольно рудиментарным процессом, позволяющим влиятельным мира сего держать под контролем тех, кто управляет их поместьями. Но со временем эта узкая задача была трансформирована активно развивавшейся торговлей. Этот процесс породил многомиллиардную индустрию и образ жизни, который сильно отличается от имиджа скромного счетовода.

Всего четыре крупные международные фирмы — Deloitte, PricewaterhouseCoopers (PwC), Ernst & Young (EY) и KPMG — аудируют 97% публичных компаний США и все 100 крупнейших корпораций Великобритании, проверяя, что их балансы заслуживают доверия и представляют собой справедливый взгляд на бизнес со стороны инвесторов, клиентов и работников.

Эта четверка компаний — единственные игроки рынка, достаточно крупные, чтобы проверять финансовую отчетность для крупных международных корпораций и, таким образом, эта четверка может эффективно пользоваться статусом картеля. Не то, чтобы они делали что-то явно недопустимое, вроде договорной коррекции цен, — с таким ограниченным количеством основных игроков, в этом нет необходимости.

«Все знают ставки друг друга», — сказал мне с улыбкой один из знакомых бухгалтеров. Нет серьезных конкурентов, чтобы влиять на цены. Более того, поскольку аудиты являются юридически обязательным требованием почти в любой стране, существование этого картеля гарантированно обеспечивает государство.

Несмотря на экономические риски, связанные с вводящим в заблуждение бухгалтерским учетом, бухгалтеры и аудиторы выполняют свои обязанности с относительной безнаказанностью. Крупные фирмы убеждают правительства в том, что судебный процесс против них является экзистенциальной угрозой для экономики.

Непревзойденные преимущества гарантированного рынка с огромным потенциалом роста и строго ограниченными недостатками — это столпы, на которых стоят многомиллиардные компании Большой четверки. Они могут свободно получать прибыль, не опасаясь серьезных последствий своих злоупотреблений, будь то эксплуатация налогового законодательства, предвзятое консультирование или сокрытие финансовых преступлений.

Осознавая свою исключительно удачную позицию и стремясь всеми силами защитить ее, бухгалтеры иногда любят протестовать против суровых условий, в которых им приходится работать.

«Окружающая среда, с которой мы имеем дело сегодня, связана с большими трудностями — будь то глобальная экономика, геополитические проблемы или жесткая конкуренция», — заявил в 2020 году председатель PwC Деннис Налли, когда комментировал самый высокий на тот момент заработок (своей) бухгалтерской фирмы: $35 млрд.

В следующем году эта прибыль стала еще больше — как у PwC, так и у других трех компаний четверки, несмотря на жесткую конкуренцию.

Среди проблем, с которыми столкнулась PwC, по словам Налли, была «принудительная ротация» аудиторов в Европе — новые правила игры, в соответствии с которыми Большая четверка должна обмениваться клиентами каждые 10 лет или около того. Эта мера позволяет создать видимость конкуренции на вершине мировой бухгалтерской иерархии. Некоторые компании проверялись одной и той же фирмой более века: KPMG обслуживал General Electric более 109 лет; PwC вынужден был в 2020 году передать другой конкуренту своего банка Barclays, аудит которого он проводил последние 120 лет.

Саморегулирование и влияние бухгалтерских компаний.

Как профессионалам, бухгалтерам, как правило, доверяют саморегулирование. И это приводит к предсказуемым результатам, — профессионалы относятся сами к себе снисходительно.

Там, где существует определенная степень независимого надзора, например, со стороны регулятора, у бухгалтерских компаний возможности более ограничены. Регулятор был создан в США после скандалов с Enron и WorldCom, в которых ныне не существующая бухгалтерская фирма Arthur Andersen была обвинена в заговоре с клиентами с целью завышения прибыли в финансовой отчетности.

Когда дело доходит до установления критических правил собственного бухгалтерского учета — в отрасли аудита и финансов, компании Большой четверки доминируют в равной степени. Их бывшие сотрудники контролируют международных и национальных разработчиков стандартов. Это гарантирует, что правила игры устроят Большую четверку и их ключевых клиентов.

Длинные руки бухгалтерских компаний дотягиваются до кулуаров правительств. В Великобритании сотрудники Большой четверки консультируют министров и чиновников по всем вопросам, от здравоохранения до ядерной энергетики. Хотя их советы всегда обозначаются как «независимые», они неизменно соответствуют прямым интересам корпоративных клиентов Большой четверки.

И, что неудивительно, большинство рекомендаций консультантов по таким вопросам, как регулирование рынков, влекут за собой еще больший спрос на их услуги в предстоящие годы. Если присмотреться к регулярной ротации старших должностных лиц между правительством и бухгалтерскими компаниями, становится понятно, что Большая четверка стала тем растворителем, который растворяет границу между государственными и частными интересами.

Есть и другие причины, по которым правительства могут покровительствовать Большой четверке. Исчезновение одной из четырех фирм, например, за счет потери лицензий после осуждения по уголовным делам, как это случилось с Arthur Andersen & Co в 2002 году, представляет собой неприемлемую угрозу для аудиторской функции. Таким образом, благодаря таким тесными и взаимозависимым отношениям между правительством и аудиторами, фирмы избегают официального контроля даже в таких низких точках общественного доверия, как последствия финансового кризиса. Больших бухгалтерских компаний слишком мало, чтобы из закрыть.

Крупные бухгалтерские фирмы также избегают должного общественного контроля. Во время крупных скандалов с их непосредственным участием, в СМИ неизменно раскручиваются другие скандалы с более красочными злодеями. Например, когда в ноябре 2020 года разразился скандал с Райским досье, СМИ запестрели заголовками о том, что британский автогонщик Формулы-1 Льюис Хэмилтон избежал уплаты НДС при покупке частного самолета.

Вместе с тем, такой важный факт, что одна из крупнейших в мире бухгалтерских фирм и предполагаемый контролер капитализма, EY, разработала налоговую схему для себя и своих клиентов, в том числе нескольких олигархов, остался в значительной степени незамеченным СМИ.

Более того, занимаясь аудитом и консультированием практически всех сфер бизнеса и государственной службы, четыре крупные фирмы стали лучшими друзьями репортеров из СМИ. На них можно положиться, чтобы объяснить сложные регуляторные и экономические события с точки зрения «независимых» экспертов и получить простые и понятные объяснения по сложным вопросам.

Чтобы процветать в условиях минимальной конкуренции или подотчетности, бухгалтеры постарались стали чрезвычайно удобными для всех. Партнеры Большой четверки оценивают свое время в несколько сотен фунтов в час, но основные деньги делают на продаже услуг своего персонала. В результате они получают доходы на уровне звезд спорта, не имея особого таланта и не подвергаясь никакому личному или предпринимательскому риску.

Доходы, цели и приоритеты бухгалтерских компаний.

В Великобритании прибыль партнеров варьируется от минимального размера в 300 000 фунтов до 5 миллионов фунтов в год. Доходы партнеров в США не обнародованы, поскольку фирмы зарегистрированы в штате Делавэр и не должны публиковать эти данные, но считается, там доходы приблизительно те же. (В 2020 году, когда я спросил старшего партнера в Deloitte, что объясняет такие доходы, он смущенно признался, что это «трудный вопрос»).

Ориентируясь на рост, как и любая транснациональная корпорация, несмотря на свой профессиональный статус, компании Большой четверки продолжают расширяться намного быстрее, чем бизнес-мир, которому они служат. На своих самых старых рынках, в Великобритании и США, фирмы растут более чем в два раза быстрее, чем экономика этих стран. К 2020 году в 150 странах персонал Большая четверка составлял 890 000 человек, и эта цифра превышала численность персонала пяти самых ценных компаний в мире.

Большая четверка в высшей степени преуспела в том, чтобы превращать любое изменение в экономике в возможность зарабатывать больше денег на своих клиентах. В течение последнего десятилетия весь мировой экономический рост этих компаний был обусловлен продажей консультационных услуг.

Консультирование по посткризисному финансовому регулированию более чем компенсировало незначительные потери 2008 года. И KPMG сыграла в этом главную роль. Она больше, чем любая другая фирма, допустила девальвацию субстандартных ипотечных кредитов, которые привели к краху мирового банковского дела. Но, несмотря на это, Европейский центральный банк вскоре доверил ей «важную роль в процессе анализа качества активов» большей части банков, которые теперь нуждались в «стресс-тестировании».

Компании Большой четверки теперь позиционируют себя как поставщики всесторонних «профессиональных услуг», предлагая ответы на все: от соблюдения стандартов и правил до ИТ-систем, слияний и поглощений и корпоративной стратегии. В результате, их исторически основная задача — аудит составляет менее половины их. То есть, сейчас они стали консалтинговыми фирмами, которые проводят аудит, а не наоборот.

Старшие партнеры крупных фирм, осознавая основы, на которых держится их благополучие, тем не менее настаивают на том, что аудит и подтверждение правильности финансовой отчетности остаются их основным бизнесом.

«Я бы отказался от любых консалтинговых отношения, чтобы избавить клиентов от плохого аудита», — заявил британский глава KPMG Саймон Коллинз в 2020 году, — «Наша жизнь зависит от того, проводим ли мы качественный аудит или нет».

Реальность же предполагает иное. С таким количеством неадекватных аудитов, которые находятся на рекордном уровне наряду со стремительным ростом доходов, становится ясно, что на рынке с очень небольшим количеством фирм, низкая эффективность — это не вопрос жизни и смерти.

После краха Lehman Brothers 2008 года EY занялся ребрендингом и сменил свой старый девиз «Качество во всем, что мы делаем» (‘Quality in everything we do’) на новый — «Совершенствуя бизнес, улучшаем мир» (‘Building a better working world’). Тем не менее, свидетельства говорят о том, что мир лучше подходит для консультаций, которые теперь предоставляют большую часть дохода большой четверки.

Выдержка из предложений KPMG в 2020 году подбрасывает такие идеи: «Цена не так важна, как вы думаете»; «Четыре пути для партнерских отношений»; и «Ориентация клиентов». EY добавляет такие идеи, как «Позиционирование сообществ на успех», в то время как PwC может помочь крупным финансам с «самым большим препятствием для банковской деятельности: собственной стратегией».

Все это сотрясание воздуха перед клиентами часто представляет собой не более чем страх упустить клиентов и вселить в них веру, что они не отстают от бизнес-тенденций. Неудивительно, что навязываемое стратегическое мышление эффективно распространяется в другие консалтинговые фирмы и в производственные планы тех стран, в которых они работают.

Коммерческие императивы, стоящие за большими продажами консультационных услуг, четко указаны в собственных целях фирм. Например, первые два ключевых показателя эффективности (KPI) KPMG UK — это «рост выручки» и «улучшение валовой прибыли», за которыми следуют показатели по удовлетворенности персонала и удовлетворенности клиентов. Выявление ложного учета, мошенничества, уклонения от уплаты налогов и рисков для экономики — то есть все то, что общество действительно ожидает от своих бухгалтеров, — все это не является показателем эффективности для этих компаний.

Карьерные устремления сотрудников Большой четверки.

Немногие выпускники, устраивающиеся на работу в Большую четверку, приходят с целью искоренить финансовые нарушения и обеспечить безопасность капитализма. Они мотивированы хорошими перспективами дохода даже в роли умеренных исполнителей, плюс, может быть, смутным интересом к миру бизнеса. Многие видят открывающиеся перспективы, заметив преобладание квалифицированных бухгалтеров на вершине корпоративного мира — почти четверть руководителей крупнейших британских компаний FTSE100 являются дипломированными бухгалтерами.

Когда дело доходит до честности и добросовестности, в этой породе сотрудников нет ничего выдающегося. У них одинаковый диапазон восприимчивости к социальному, психологическому и финансовому давлению, как и у любой другой группы людей.

Наводит на определенные мысли хотя бы то, что, например, старший партнер по аудиту KPMG, пойманный на калифорнийской автостоянке в 2020 году, торговал инсайдерской информацией в обмен на часы Rolex и тысячи долларов наличными. Но такая вопиющая коррупция является исключительным случаем. Реальная проблема заключается в том, что уникальные привилегии и конфликты интересов профессии способствуют менее криминальной, но одинаково агрессивной практике.

Новый квалифицированный бухгалтер в крупной фирме, как правило, сталкивается с тем, что академик Мэтью Гилл назвал «технократизмом» — он применяет стандарты на законных основаниях, но в интересах клиентов, не нарушая правил, но и не выступая за правду и объективность.

Карьерный рост до уровня партнеров требует от сотрудника, прежде всего «подгонки» всех его принципов и устремлений. Демонстрируя серьезные финансовые стимулы, чтобы попасть на вершину иерархии компании, бухгалтерские фирмы в конечном итоге управляются скорее материально, чем этически мотивированными бухгалтерами.

В Великобритании в 2020 году ни один из старших партнеров крупных фирм не строил свою карьеру на том, что должно быть основным бизнесом аудиторских компаний.

Их основная задача, аудит, может показаться скучным, когда есть более притягательные альтернативы, и многие бухгалтеры жаждут чего-то захватывающего, что их традиционная роль не предполагает.

Еще в 1969 году Монти Пайтон очень точно передал это карьерное разочарование в известном скетче с участием Майкла Пэйлина в роли бухгалтера и Джона Клиза в качестве советника по карьере.

«Наши эксперты описывают вас как ужасно скучного, несуразного, робкого, лишенного инициативы, бесхарактерного, легко поддающегося чужому влиянию, не имеющего чувства юмора, занудного собеседника и невообразимо невзрачного и ужасного человека», — говорит Клиз Пэйлину, — «И в то время, как в большинстве профессий все это непреодолимые недостатки, для дипломированного бухгалтера это — положительные качества». Но персонаж Пэйлина, увы, хочет стать укротителем львов.

Страсть бухгалтеров к чему-то более захватывающему наглядно демонстрирует череда громких финансовых скандалов, с такими компаниями, как Carillion, Enron и некоторыми более ранними банковскими скандалами в начале XXI века. Один из бывших бухгалтеров Большой четверки сказал мне, что только одна вещь могла бы улучшить его профессию, — это «снова сделать ее скучной».

Образ бухгалтера из Большой четверки.

Когда-то бухгалтерские компании были аутсайдерами, изучающими коммерческий мир. Сейчас Большая четырка — это инсайдеры, которые все глубже погружаются в него. Все они имитируют знаменитую систему бывших сотрудников консалтинговой компании в области управления McKinsey. Эта система гарантирует, что когда их стажеры и собственные консультанты и бухгалтеры продолжат карьерный рост и окажутся в других компаниях, они будут поддерживать отношения со старой фирмой и принесут ей больше работы и клиентов.

Образ бухгалтера крупной компании больше не является скромным. «Решая задачи надлежащего функционирования глобальных финансовых рынков в роли аудитора или решая проблемы клиентов или общества, мы просим наших профессионалов подумать о том, какое влияние они оказывают на мир бизнеса, благодаря своей работе в Deloitte», — говорят руководители фирмы Deloitte в своем «Отчете от глобальном воздействии».

Осознание глубокого значения их основной аудиторской роли, увы, не способствует тому, чтобы уделять этой задаче особое внимание.

Руководитель EY, Марк Вайнбергер, олицетворяет то, как менеджеры бухгалтерских компаний видят свое место в мире. Он является сопредседателем Российского инвестиционного комитета с премьер-министром России Дмитрием Медведевым; некую подобную роль он выполняет и в Шанхае; он заседал на стратегическом форуме Дональда Трампа, пока тот не был расформирован в 2020 году; и он упивается статусом «Попечителя Глобальной повестки дня» на Всемирном экономическом форуме в Давосе.

Цена всех этих должностей и ролей в коридорах власти — это катастрофический отказ от основной функции — учета. В последующие десятилетия, без радикальной реформы, эта цена станет только выше.

Если предполагаемые аудиторы капитализма упустят новые угрозы, последствия могут быть столь же катастрофическими, как и угроза последнего финансового кризиса. Бухучет — слишком важная задача, чтобы оставить ее на милость сегодняшних бухгалтеров.

Список честных брокеров бинарных опционов с открытием демо-счета:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место! Самый прибыльный брокер бинарных опционов за 2020 год!
    Идеально подходит для новичков — предоставляется бесплатное обучение и демо-счет (в любой валюте).
    Зарегистрируйтесь по этой ссылке и получите бонус на счет:

Добавить комментарий